Библиотека
Юмор
Ссылки
О сайте






предыдущая главасодержаниеследующая глава

3. Изучение личности заключенного

Органы Советской власти, осуществлявшие борьбу с УГОЛОВНОЙ преступностью и перевоспитание осужденных, считали необходимой предпосылкой правильной организации этой работы глубокое и всестороннее изучение личности каждого преступника. Согласно ст. 11 и 12 Руководящих начал по уголовному праву РСФСР 1919 г. суд при определении меры наказания должен был учитывать не только обстоятельства совершения преступления, по и тщательно выяснять личность преступника, его прошлый образ жизни, классовую принадлежность. От суда требовалось выяснять, совершено ли преступление с заранее обдуманным намерением, с жестокостью, злобой, коварством и хитростью, или "в состоянии запальчивости, по легкомыслию и небрежности".

В ст. 25 Руководящих начал устанавливались виды наказания и указывалось, что "наказание должно разнообразиться в зависимости от особенностей каждого отдельного случая и от личности преступника". От исправительно-трудовых учреждений также требовался принципиально новый подход к исправлению и перевоспитанию заключенных. Как писал В. А. Внуков, в подходе к проблеме перевоспитания личности преступника "нельзя забывать того, что мы находимся на переломе, что человеческий материал, привлеченный к строительству социализма, сам перестраивается, перемалывается в процессе этой величайшей в истории стройки. Процесс этого рождения нового человека чрезвычайно тяжел, здесь, как никогда, ярче сказывается закон - "мертвый хватает живого", здесь, наконец, "издержки революции" падают с наибольшей тяжестью на данную конкретную, неповторяемую личность. Отсюда понятна та острота, с какой в настоящее время ставится проблема уравновешивания данной личности в данном коллективе"1.

1(Внуков В. А. Социальные извращения поведения: (Предпосылки учения о преступности и преступниках) // Социально неполноценное поведение. М., 1930. С. 128.)

На создание новых форм и методов изучения личности преступника обратил внимание и второй Всероссийский съезд областных и губернских комиссаров юстиции, проходивший в июле 1918 г. Выступивший на съезде народный комиссар юстиции П. И. Стучка требовал от работников юстиции выяснять не только характер преступления, но и личность преступника. Он указывал на необходимость "образования особых комиссий, которые бы имели в виду не то, какое преступление совершено, а какой это человек"1.

1(См.: Бехтерев Ю. Ю. Изучение личности заключенного. М., 1928. С. 13.)

16 ноября 1918 г. была утверждена "Инструкция Карательного отдела НКЮ об организации распределительных комиссий"1. Согласно § 1 Инструкции распределительные комиссии создавались при губернских карательных отделах, их заседания должны были созываться не реже одного раза в неделю (§ 2) с правом приглашения платных специалистов (§ 23)2.

1(ЦГАОР СССР. Ф. 353. Оп. 2. Д. 619. Л. 1, 2.)

2(Из истории исправительно-трудовых учреждении РСФСР (октябрь 1917 - 1920 гг.) // Сборник документов. М., 1960. С. 58 - 61.)

Все лишенные свободы по судебным приговорам должны были предварительно помещаться в особое отделение при одном из мест заключения, именуемое распределителем (§ 10). Поступивший в распределитель заключенный подвергался полному и всестороннему обследованию, после чего обследователь составлял подробную характеристику, к которой прилагал свидетельство врачей о физическом и психическом состоянии осужденного к лишению свободы.

На основании такого обследования, в котором выявлялись индивидуальные особенности личности заключенного, распределительная комиссия решала вопрос о направлении его в место заключения: тюрьму, реформаторий, земледельческую колонию, испытательное заведение, карательно-лечебное заведение, тюремную больницу или особую тюрьму-изолятор (§ 14).

Распределительная комиссия имела большие полномочия. В тех случаях, когда она признавала, что заключенный по своим индивидуальным качествам не нуждается в мерах воздействия и исправления, она могла представлять своп соображения народному суду об освобождении осужденного из-под стражи (§ 17). В отношении жe заключенных, отказывавшихся от работы, хулиганов, погромщиков и рецидивистов комиссия ходатайствовала перед судом о продлении им срока наказания.

Все это скорее было "желаемое", а не "действительное" в условиях 1918 - 1920 гг. Но важно, что эти идеи были уже воплощены в инструкциях. Согласно общему направлению карательной политики карательные учреждения должны были "являться не местом наказания, а служить жизненной трудовой школой, перевоспитывающей и исправляющей впавших в преступление граждан"1.

1(Циркуляр карательного отдела НКЮ губернским отделам юстиции об организации земледельческих колоний для заключенных от 28 ноября 1918 г. // Там же. С. 63, 64.)

Всестороннее изучение личности заключенных должно было проводиться непосредственно практическими работниками мест лишения свободы. При выборе труда заключенным должны были учитываться их индивидуальные склонности к тому или иному виду труда, их познания, прежние занятия, общее состояние здоровья и возможность применить по выходе из места заключения приобретенные знания и специальность.

Воспитатели должны были изучать личность и характер заключенных, наблюдать за отношением заключенных друг к другу, поведением их во время работ и в свободное от работ время и отмечать те изменения, которые явились следствием принятых мер. Результаты наблюдений воспитатели заносили в листки-характеристики установленного образца.

В отчете Центрального Карательного отдела НКЮ VII съезду Советов в 1919 г. отмечалось, что "Инструкция об организации распределительных комиссий" не оказалась мертвой буквой закона, а получила свое реальное воплощение в практике мест заключения. "Самое распределение заключенных по отдельным местам заключения и отнесение их к той или иной категории производится губернскими распределительными комиссиями на основании данных, полученных обследованием каждого заключенного особыми сотрудниками комиссии. При этом уже в самом распределителе производится обследование личности заключенного путем заполнения выработанных Центральным Карательным отделом особых опросных листов. Эти листы, широко и разносторонне охватывающие своими вопросами всю жизнь и личность заключенного, заполняются заведующим воспитательной частью на основе беседы с заключенным и наблюдений за его поведением воспитателей, кладутся в основу суждения о преступнике, как о личности, играют большую роль в дальнейшем направлении его участи"1.

1(Тюремное дело в РСФСР. М., 1919. С. 6, 15.)

Принцип индивидуального подхода к заключенному, обязанность всестороннего и тщательного изучения личности правонарушителя наиболее полно проявились в деятельности исправительных и воспитательных учреждений для несовершеннолетних правонарушителей. Первым таким учреждением был Российский реформаторий, созданный в 1918 г. для юных правонарушителей в возрасте 17 - 21 лет. Это было прежде всего педагогическое учреждение, ставившее своей задачей "обучение, воспитание и подготовку к трудовой жизни молодых людей от 17 до 21 года путем преподавания практических познаний, могущих приспособить их к честному труду и путем расширения их общего интеллектуального развития"1.

1(См.: Утевский Б. С. Несовершенолетие правонарушители. М.; Л., 1932. С. 15.)

В соответствии с этой задачей на Педагогический совет реформатория возлагалась обязанность обсуждения "отчетов по характеристике психологической индивидуальности, поведения и способности воспитанников"1.

1(См.: Бехтерев Ю. Ю. Указ. соч. С. 13.)

"Положение о трудовых домах для несовершеннолетних, лишенных свободы" 1922 г. обязывало работников этих учреждений проводить всестороннее и даже более тщательное, чем в общих местах заключения, обследование личности несовершеннолетних правонарушителей и специальное наблюдение поручать психиатрам.

Все исправительно-трудовые учреждения для несовершеннолетних строились на основе принципов воспитания, наряду с нормами исправительно-трудового права использовались и основные положения педагогики и психологии, без которых невозможны были бы изучение личности каждого несовершеннолетнего правонарушителя, правильные приемы перевоспитания. Основная задача этих учреждений - подготовить несовершеннолетних правонарушителей к общественно полезной деятельности, изжить из их сознания все последствия вредных влияний и предупредить возможность совершения с их стороны новых правонарушений.

Во всех последующих положениях и нормативных актах НКЮ РСФСР 1920 - 1922 гг. подчеркивалась необходимость более полного ознакомления с личностью заключенного, выявления индивидуальных психических различий степени образования, индивидуальных склонностей, выяснения отношения заключенных друг к другу и окружающим.

Большое значение для изучения преступности и личности преступника имели статистические данные мест заключения, которые публиковались в отчетах карательного отдела НКЮ, где указывалось число заключенных различных категорий, виды исправительно-трудовых учреждений, виды преступлений, за которые осужденные несли наказание, пол и возраст заключенных. Для составления этих отчетов были разработаны различные карточки на заключенных. Наиболее подробные сведения содержала индивидуальная карточка на осужденного, 3/4 вопросов которой заполнялись в распределителе, а остальные - в месте заключения.

Индивидуальная карточка охватывала очень большое число вопросов, характеризовавших преступление, меры наказания, личность заключенного, его поведение в месте заключения и т. д. Как отмечал М. Н. Гернет, "вопросы были составлены с чрезмерною подробностью. Так, например, спрашивалось, любит ли заключенный читать книги, и какие именно, старался ли он загладить зло, причиненное преступлением, и каким образом, не заметно ли в характере осужденного жестокости, мстительности, вспыльчивости, неумения владеть собой, корыстолюбия, бесчестности, лживости, как относится к религии. Этот перечень в одном вопросе "всех семи смертных грехов" пополняется еще другими вопросами"1. Перегруженная такими мелкими подробностями, индивидуальная карточка не получила распространения на практике, так как не все пункты ее могли быть подвергнуты статистической разработке.

1(Гернет М. Н. Моральная статистика. С. 41.)

В дальнейшем был разработан индивидуальный статистический листок, состоявший из 30 вопросов, характеризовавших личность заключенного с точки зрения социальной, возрастной, половой и пр.

Статистические данные с мест заключения отражали движение и состав заключенных по категориям, срокам наказания, преступлениям, полу и возрасту, участие заключенных в труде. Учитывалась также деятельность учебно-воспитательной и производственной частей мест заключения, наблюдательных комиссий и т. д.1

1(См.: Герцензон А. А. Советская уголовная статистика. С. 229, 230; Гернет М. 11. Моральная статистика. С. 40 - 42.)

Обобщенные статистические сведения об исправительно-трудовых учреждениях публиковались в отчетах карательного отдела НКЮ съездам Советов, а с 1924 г. - в статистических обзорах деятельности местных органов НКВД, в журнале "Административный вестник" и др.

Все это дало возможность Главному Управлению мест заключения РСФСР сделать такой вывод в своем последнем печатном отчете; "При правильной постановке пенитенциарного дела исправительно-трудовые учреждения способны дать обширный материал по изучению природы преступления и преступника для более согласованной деятельности всех органов, ведущих борьбу с преступностью. Дальнейшее улучшение постановки учебно-воспитательного дела, намеченное уже в контурах усиление работы обследователей и воспитателей по составлению индивидуальных листков с характеристиками должно, несомненно, улучшить и упорядочить деятельность наблюдательных и распределительных комиссий. Последние будут ознакомляться с личностью заключенных: на основании не только судебных данных и своих субъективных впечатлений, но и на объективных данных научного обследования личности заключенного, его характера и изменений, происшедших в нем под влиянием тех или иных мер исправительно-трудового и карательного воздействия... Это также будет способствовать более правильному распределению и классификации заключенных в местах лишения свободы"1.

1(Пенитенциарное дело в 1922 году. М., 1923. С. 46, 47.)

Проблема изучения личности преступника привлекала внимание не только практических работников, но и ученых.

По инициативе Московского психоневрологического института в январе 1923 г. в Москве состоялся Первый Всероссийский съезд по психоневрологии под председательством академика В. М. Бехтерева. Два секционных заседания съезда были посвящены криминальной психологии. С докладами выступали проф. С. В. Познышев (Классификация преступников", "Психологическая экспертиза в уголовном суде", "О криминально-психологиских лабораториях"), Н. В. Терзиев ("Экзогенные преступники и их разновидности"), И. И. Станкевич ("Домовые воры с точки зрения криминальной психологии"), О А. Скворцова ("Проститутки-воровки с точки зрения криминальной психологии") и др.

Известный интерес представляет доклад С. В. Познышева "О криминально-психологических лабораториях". Останавливаясь на вопросе о необходимости устройства лабораторий для криминально-психологических исследований заключенных при крупных местах заключения, докладчик подчеркивал важность широкого научного изучения личности преступника для выработки наиболее совершенного законодательства, определения соразмерных сроков и режимов наказания, а также правильного учета тех изменений, которые происходят у заключенных разных типов во время отбытия ими наказания.

По мнению проф. С. В. Познышева, изучение личности преступника должно быть прежде всего психологическим и проходить под постоянным наблюдением врача. Во главе лабораторий по изучению личности преступника должны стоять лица, имеющие психологическую и юридическую подготовку.

На заключительном заседании съезда в числе других резолюций были приняты и такие:

"XIII. Необходимо обеспечить подготовку достаточного числа криминалистов-психологов.

XIV. Считая необходимым в целях успешной борьбы с преступностью возможно широкое изучение причин преступности и психологии преступника, съезд признает весьма желательным устройство в крупных пенитенциарных учреждениях лабораторий для криминально-психологических исследований"1.

1(Психология, неврология и психиатрия. М., 1923. Т. 3. С. 246 - 319.)

К изучению личности преступника ташке широко привлекалась общественность. В апреле 1923 г. по инициативе Московского Совета для изучения личности заключенных в тюрьмах Москвы была приглашена группа ученых: психиатров, статистиков, криминалистов, антропологов, которая разработала анкету для научного обследования заключенных арестных домов Москвы.

Анкета состояла из двух частей - социологической и антропологической. В первой части затрагивались вопросы прежних судимостей, мотивов совершения последнего преступления, соучастия; исследовались условия жизни заключенного, начиная с детства, данные о семье, образовании, материальном положении.

Антропологическая часть выясняла вопросы наследственности. Исследовались душевные болезни, алкоголизм, наркомания, изучались детские и юношеские годы, половая жизнь, темперамент, интеллектуальные способности и моральные представления и т. п.

Антропологическое исследование включало также всевозможные измерения, анализ волос, зубов, ногтей, татуировки, дактилоскопию и т. п.1

1(См.: Право и жизнь. М" 1923. Кн. 2. С. 28.)

Обследование по анкете с приведенным примерным перечнем вопросов производили как ученые специалисты, так и студенты факультета общественных наук Государственного Московского университета, которые заполнили свыше 2400 анкет. Как отмечал проф. Гернет, заключенные давали откровенные сведения и относились с большим уважением к студентам. Обработанные материалы нашли отражение в сборнике "Преступный мир Москвы". Авторы выявили социальные признаки различных преступников: грабителей, бандитов, убийц, воров, мошенников, самогонщиков и др. Эти данные представили большой интерес для изучения преступности.

Мысль о необходимости и важности изучения личности заключенных для успешного применения дифференцированного подхода к ним в процессе исправительно-трудового воздействия нашла свое выражение в выступлениях на Всероссийском съезде работников пенитенциарного дела, проходившем в Москве в октябре 1923 г., в связи с обсуждением и подготовкой к изданию первого исправительно-трудового кодекса.

"Старая тюрьма,- подчеркнул в своем выступлении В. Р. Якубсон, - ...в большинстве случаев обезличивала человека. Там был номер, а не человек... Мы строго индивидуализируем преступника. Мы говорим: для нас нет номеров, а есть люди, более или менее опасные. Есть серьезные преступники и несерьезные, профессионалы и попавшие по несчастью, потому, что они созданы средой"1.

1(Всероссийский съезд работников пенитенциарного дела в Москве, 18 - 24 окт. 1923 г.: Стеногр. отчет. М., 1923. С. 174, 175.)

Такой подход к личности преступника был закреплен Исправительно-трудовом кодексе РСФСР, утвержденном 16 октября 1924 г. (ст. 7, 8, 17, 47, 88, 111, 112)1. Ст. 47 предусматривала обязанность распределительных комиссий изучать личность заключенного "в целях планочного распределения заключенных и организации лишения свободы в соответствии с социальными и психическими особенностями личности преступника, а также индивидуализации мер социальной защиты, в зависимости от причин преступления".

1(См.: Сборник основных приказов, циркуляров и инструкций НКЮ и НКВД РСФСР за 1918 - 1928 гг. о деятельности мест лишения свободы. М., 1959. С. 229 - 265.)

Всероссийский съезд по педологии, экспериментальной педагогике и психоневрологии, проходивший в Петрограде в январе 1924 г., также поставил вопрос о необходимости изучения личности заключенного криминалистами и врачами в специальных кабинетах и лабораториях по изучению преступности и личности преступника.

На съезде присутствовало более 1000 специалистов- педагогов, рефлексологов, психологов, врачей, криминальных рефлексологов и др. Было проведено 79 заседаний, на которых приняты соответствующие резолюции. Для нас особый интерес представляют резолюции по криминальной рефлексологии и психологии, в которых отмечалось, что "всестороннее изучение типов преступников должно занять видное место среди проблем психоневрологии и осуществляться при постоянном теснейшем сотрудничестве криминалистов (социологов и психологов) и врачей", для чего "необходима организация в крупных центрах и при отдельных пенитенциарных учреждениях особых кабинетов и лабораторий по изучению преступности и личности преступника"1.

1(Педол. журн. Орел, 1924. № 1/2. С. 118, 119.)

В целях успешного функционирования исправительно-трудовых учреждений предлагалось принять меры к поднятию уровня развития и специальной подготовки сотрудников этих учреждений. "Обследование прошлой истории, образа жизни, личных особенностей и роли окружающих в отношении преступников, являющихся социально опасными, должно быть поручено особым обследователям, обладающим специальной подготовкой в области социальной работы..."1

1(Педол. журн. Орел, 1924. № 1/2. С. 118, 119.)

Особого внимания заслуживает небольшая брошюра Ю. Ю. Бехтерева "Изучение личности заключенного", в которой автор обобщил достижения пенитенциарных учреждений по изучению личности преступника. Учитывая, что среди сотрудников исправительно-трудовых учреждений не было специалистов, которые могли бы производить обследование заключенных в полном соответствии с требованиями науки (криминологов, психологов, психиатров, невропатологов), Ю. Ю. Бехтерев предложил такие формы и методы изучения заключенного, которые были бы доступны каждому педагогу-воспитателю мест заключения. Задача этой работы и состояла в том, чтобы ознакомить работников пенитенциарных учреждений с методикой и техникой элементарного изучения личности заключенного на современной научной основе.

Ю. Ю. Бехтерев так определил конкретные задачи, которые должно преследовать изучение личности заключенного в исправительно-трудовых учреждениях: а) надлежащее распределение заключенных по исправительно-трудовым учреждениям разных видов; б) правильная классификация заключенных в пределах одного и того же учреждения; в) установление соответствующего режима; г) целесообразная постановка школьной и внешкольной работы; д) разумная организация трудовых процессов; е) правильный учет результатов пенитенциарного воздействия; ж) повышение педагогической квалификации работников пенитенциарных учреждений1.

1(См.: Бехтерев Ю. Ю. Указ. соч. С. 17, 18.)

Для осуществления этих задач автор предложил в качестве основных способов изучения личности заключенного методы изучения документов дела, опроса, медицинского обследования, метода объективного наблюдения и дневниковых записей, автобиографического метода. Предложенная автором программа изучения личности заключенного предусматривала следующие группы основных вопросов, которые могут быть изучены только совокупными методами исследования: "1. Обстоятельства, при которых было совершено правонарушение. 2. Социальные влияния, которым подверглась личность заключенного в прошлом. 3. Индивидуальные особенности личности заключенного. 4. Поведение личности заключенного в исправительно-трудовом учреждении. 5. Особенности в социальных проявлениях личности заключенного. 6. Результаты пенитенциарно-педагогического воздействия па заключенного". Таким образом, автор предлагал анализировать в основном социальные факторы, которые определяют преступность и характеризуют преступника.

В области методики и техники изучения личности заключенного работа Ю. Ю. Бехтерева представляла собой замечательный для того времени образец диалектического подхода к выяснению структуры личности преступника с применением различных социологических методов.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев А. С., оформление, подборка материалов, оцифровка, разработка ПО 2010-2013
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://scienceoflaw.ru/ "ScienceOfLaw.ru: Библиотека по истории юриспруденции"