Библиотека
Юмор
Ссылки
О сайте






предыдущая главасодержаниеследующая глава

2. Основные вопросы теоретической деятельности социологической школы

Деятельность криминалистов-социологов не исчерпывалась разработкой учения о факторах преступности, хотя оно являлось, пожалуй, самым главным в их работе. Большое внимание представители социологической школы уделяли вопросам обоснования своего подхода к анализу преступления и непосредственной критике классической школы. Бывая порой несправедливыми при оценке заслуг своих предшественников, криминалисты-социологи нередко высказывали весьма глубокие мысли об ограниченности классической школы, указывали на ее внутреннюю противоречивость.

X. М. Чарыхов, вскрывая эту слабость классической уголовно-правовой доктрины, отмечал, что конструкция классической школы понятия преступления приводила к игнорированию личности преступника как носителя преступного деяния. Поскольку для уголовного закона преступление имеет место только в том случае, если при совершенном деянии в наличии есть весь состав преступления, то "при отсутствии одного из элементов этого состава деяние становится неинкриминируемым... Достаточно... отсутствия элемента вменяемости в составе преступления, чтобы уголовный закон не карал... за такое деяние как убийство... В данном случае мы видим, что закон при квалификации действия, "посягающего на правоохраняемый интерес" считается с уголовной дееспособностью субъекта, а это значит, что при конструировании понятия преступления уголовный закон учитывает субъективные особенности автора деяния, именуемого преступным. Учитывать особенности преступника - значит считаться с психофизической организацией субъекта. А это возможно только путем изучения этой организации... Исходя исключительно из догматического понимания преступления, мы приходим к необходимости изучения личности преступника"1.

1(Чарыхов X. М. Указ. соч. С. 2, 3.)

Выискивание формальных противоречий в теоретических конструкциях классической школы не было для социологов самоцелью, а давало возможность обоснованного пересмотра традиционных уголовно-правовых представлений. Установив недостаточность конструкции понятия преступления классической школы "не только с точки зрения природы явления, но и с точки зрения... не совершенного современного... уголовного закона", Чарыхов приходил к доказательству того, что "является необходимым, наряду с юридическим, выдвинуть также антропологическое и социологическое изучение преступления"1.

1(Чарыхов X. М. Указ. соч. С. 3, 4.)

Наиболее остро, порой в полемическом задоре договариваясь до полного ее отрицания, классическую школу критиковал С. К. Гогель. Он указывал, что является не научным "производимое догматической школой изучение преступных деяний, как кучи разрозненных проявлений какой-то злой воли, ничего общего между собой не имеющих, а не общего, чисто социального явления преступности, имеющей тесную связь с экономическим, социальным, умственным и нравственным строем данного народа и в данную эпоху. Всякие научные обобщения при таких условиях совершенно произвольны. В действительности не только не было науки, но и не допускалось образования какой-либо настоящей науки"1.

1(Гогель С. К. Курс уголовной политики в связи с уголовной социологией. СПб., 1910. С. 17 - 18.)

В целом социологи оценивали классическую школу позитивно, считая, правда, что она нуждается в дополнении учением о факторах преступности. "Мы отвергаем крайние взгляды, не желающие дать места в науке уголовного права юридическому... политическому и этиологическому элементам; мы не признаем ни лозунга - "все старое насмарку", ни враждебного какому бы то ни было новаторству лозунга тех, кто твердит, что в науке уголовного права "все обстоит благополучно"; мы стоим за попытку примирительного характера"1. Эти слова Чубинского характеризуют не только его личную позицию, но и позицию подавляющего большинства представителей социологической школы уголовного права.

1(Чубинский М. II. Указ. соч. С. 52.)

Уделяя достаточно много внимания полемической борьбе с классиками, криминалисты-социологи хорошо понимали, что одними спорами им своих позиций не утвердить. Классической школе было необходимо противопоставить не менее стройное и разработанное учение, чем ее собственная доктрина, тогда можно было и реально надеяться на примирение с классиками1. По существу, только так и решаются всякие научные споры, поскольку одними словесными аргументами никогда не удается убедить всех идейных противников. Развернутое учение о факторах преступности, на основании которого можно было бы разработать систему эффективных уголовно-политических мероприятий, направленных на предупреждение преступлений, представлялось криминалистам-социологам тем решающим аргументом, который должен был окончательно убедить всех противников социологической школы в верности ее теоретических посылок.

1(На самом деле это было бы не буквальным примирением, а примирнением диалектическим, т. е. отрицанием классической школы с сохранением ее рационального зерна, чего сами криминалисты-социологи не осознавали.)

После обнаружения статистических зависимостей между количественными показателями преступности и различными социально-экономическими параметрами и появления на свет идеи социального детерминизма, как единственно возможного объяснения этих новых данных, исследование указанного круга вопросов (в основном в рамках "моральной статистики") пошло по пути установления наиболее полного перечня тех социальных переменных, которые оказывают влияние на совершение преступлений, т. е. на их действительное отношение к уголовно-правовым запретам. К 70-м годам XIX в. уже было накоплено значительное количество "позитивных данных, собранных старыми политиками, статистиками, антропологами и социологами", из которых следовало, что, с одной стороны, преступность "зависит от целого ряда социальных... экономических условий"; с другой стороны, была установлена "некоторая зависимость преступлений от условий космических (климат, температура и т. д.), особенно в сфере преступлений против личности и против нравственности". Многочисленные наблюдения над преступным миром привели исследователей к убеждению, что определенное влияние на совершение преступлений оказывают факторы, связанные непосредственно с личностью преступника1.

1(См.: Чубинский М. П. Указ. соч. С. 329, 330.)

Как свидетельствовали наблюдения, факторы преступности оказывались весьма разнообразными, поэтому, прежде чем приступить к более детальному их изучению, необходимо было эти факторы систематизировать. Первая попытка подобной систематизации предпринята в работе И. Я. Фойницкого "Влияние времен года на распределение преступлении"1.

1(См.: Фойницкий И. Я. Влияние времен года на распределение преступлений // На досуге: (Сб. юрид. ст. и исслед.). СПб., 1898. С. 261 - 372.)

Известный русский криминалист ограничился простым индуктивным обобщением известных ему сведений, которое он сам назвал "легким обобщением результатов уголовно-статистических работ", что позволило "теоретически распределить все возможные условия преступности... на три группы: физические, общественные и личные". К первой группе были отнесены условия, коренящиеся в физической природе и физическом положении человека, вызываемые его полом, возрастом, климатом, в котором он живет, почвою, которая его питает. Как пример общественных условий преступности Фойницкий приводит цены на съестные припасы, развитие торговли, правильную организацию труда. В группу личных условий входят воля, разум и прочее. Фойницкий ограничивается весьма скупыми пояснениями к своей классификации, и поэтому не всегда удается составить точное представление о выделяемых им группах факторов.

Гораздо более разработанной и ясной представляется классификация факторов преступности, данная в работе М. Н. Гернета "Общественные причины преступности". Несмотря на то что сам Гернет приписывает авторство даваемой им классификации итальянскому криминалисту Э. Ферри, все же с этим нельзя согласиться полностью, поскольку, во-первых, Фойницкий дал в целом похожую классификацию намного раньше, во-вторых, сам Гернет вносит существенные поправки в классификацию Э. Ферри, дает точные определения каждой группы факторов, чего не сделал сам Ферри. Поэтому правильно считать классификацию, данную в работе Гернета, плодом общих усилий представителей социологической школы уголовного права.

Почти общепринятой и наиболее распространенной являлась трехчленная классификация факторов преступности, подразделяющая все факторы или причины преступлений на индивидуальные (антропологические), физические и социальные. "Антропологическими причинами преступности нужно назвать те, которые лежат в свойствах самой природы человека, как одного из представителей животного царства, в его внешней и психической организации"1 (пол, возраст, раса). К физическим факторам относятся "силы" внешней, окружающей человека природы, вызывающей его к действиям (климат, время года). Эта группа факторов известна также под названием космических. К категории социальных факторов относятся всевозможные "влияния на преступность той общественной среды, в которой живет преступник". Это и влияние семейной обстановки, и классовое устройство, организация труда, распределение богатств, общественное мнение, жизнь в городах и селах, образование, воспитание, религия, политическое устройство, войны и т. п.2

1(Гернет М. Н. Указ. соч. С. 43.)

2(См.: Там же. С. 44.)

Являясь свидетельством достижения социологической школой определенного этапа в изучении факторов преступности, классификация этих факторов могла быть лишь самым начальным этапом их познания, поскольку главной задачей социологической школы являлось создание учения о факторах преступности. Гернет, поясняя этимологию "учения о факторах преступности", указывает, что это учение "более всего известно под данным ему Колоянни и Ван-Гамелем названием этиологии преступления1, но наряду с этим названием существует и другое, предложенное Листом,- "криминология"..."2. Гернет считает более правильным название, данное Ван-Гамелем, поскольку оно более соответствует своему содержанию, т. е. изучению именно причин преступности. Название же Листа, хотя тоже вполне возможно, является более широким.

1(Как отмечал Ван-Гамель, этиология есть учение о причинах, а потому криминальная этиология есть учение о причинах преступности.)

2(См.: Гернет М. Н. Указ. соч. С. 39.)

Под именем учения о факторах преступности или криминальной этиологии социологической школой уголовного права имеется в виду теория причин преступности. Здесь возникает следующий важный вопрос: что понимали криминалисты-социологи под причинной связью? Как ясно свидетельствует тот же Гернет, понятие причины, которым пользовалась социологическая школа (да и не только она), определялось согласно почти общепринятой в общественной науке того времени позитивистской методологии Дж. Ст. Милля1 как "совокупность предшествующих явлений, за которыми результат безусловно следует, следовал и будет следовать, пока будет существовать то же положение вещей"2. Полностью принимая данное определение Милля, криминалисты-социологи считали причинами преступности те явления и факты, за которыми неизменно следует преступление. Отсюда вытекало стремление социологической школы как можно точнее установить функциональную зависимость, существующую между фактами нарушения уголовного закона и физическими, антропологическими, социальными факторами.

1(Ср.: "Русские социологи, производя самостоятельный синтез западноевропейских теорий... самым широким образом решили... методологические вопросы, положив в основу своих взглядов "Систему логики" Милля" (Кареев Н. Введение в изучение социологии. СПб., 1907. С. 223).)

2(Милль Дж. Ст. Система логика силлогистической и индуктивной. М., 1899. С. 266.)

Следует остановиться на важнейших выводах, сделанных в работах представителей социологической школы уголовного права.

Космические факторы преступности. Влияние времен года на преступность исследовал Фойницкий. Он пришел к заключению, что колебания температуры оказывают определенное влияние как па преступления против личности, так и на имущественные преступления: "Зима... скудная источниками заработка, но зато богатая физическими потребностями человека, открывается каждый год самыми крупными цифрами имущественных преступлений... Весна - время пробуждения сил природы... - представляет картину, резко расходящуюся с зимней. Имущественные, корыстные преступления все более... теряют свою почву, личные .. быстро приобретают ее... Лето - период... наиболее бедный потребностями физического существования и наиболее богатый средствами удовлетворения их, выражает эти свойства общим падением цифры имущественных корыстных преступлений, стоящих в ближайшей связи со страстями человеческой природы... Осень резко изменяет картину, намеченную двумя предыдущими четвертями года. Личные преступления быстро теряют благоприятные для них условия, так как осеннее солнце весьма слабо волнует человеческие страсти... Зато... условия для корыстных имущественных преступлений... растут чрезвычайно быстро; к условиям физическим, состоящим в обеднении природы и в постоянном увеличении потребностей материального существования, присоединяются условия социальные, ввиду которых возможность заработка быстро затрудняется...: полевые работы кончены, другие еще не приисканы. Осенние цифры преступлений этой группы весьма сильны"1.

1(Фойницкий И. Я. Влияние времен года на распределение преступлений. С. 336 - 340.)

Фойницкий отметил, что, несмотря на довольно сильное влияние физических факторов на преступность, все же несомненным является факт подчинения с развитием общества физических условий общественным: "Как ни сильны эти условия (физические. - Авт.), но природа еще более богата другими условиями противоположного свойства, к помощи которых общество и личность... успешно прибегают для парализирования действия первых. Однако... природа не охотно поддается в своих влияниях, уступая... каждый шаг не иначе, как ценою долгих... усилий цивилизации"1.

1(Фойницкий И. Я. Влияние времен года на распределение преступлений. С. 372.)

Исследование Фойницкого было самым первым подобным исследованием. В дальнейшем не раз его позиция оспаривалась и высказывалось мнение, что возрастание имущественных преступлений в холодное время объясняется исключительно экономическим положением беднейших слоев населения, тяготы которых с холодом резко усиливаются. Рост же в летнее время насильственных преступлений, по мнению многих исследователей, объяснялся более частым нахождением населения вне своего жилища1.

1(См., напр.: Гернет М. Н. Указ. соч. С. 147, 148.)

Отрицание непосредственного воздействия космических факторов на преступность вовсе не приводило криминалистов-социологов к выводу об исключении их из перечня факторов преступности: "Возможность парализования физического фактора посредством создания известкой социальной среды... не устраняет категорию физических причин, как установление в определенном случае... благоприятной материальной обстановки не упраздняет нужды из числа причин преступности"1. Часть социологов придерживалась мнения, что "действие космических факторов может быть и косвенным и прямым, а потому серьезное их значение остается непоколебленным"2.

1(Чубинский М. П. Указ. соч. С. 335.)

2(Там же. С. 342.)

Антропологические (индивидуальные) факторы преступности. Исследованию этой группы факторов большое внимание уделяла антропологическая школа уголовного права, полагая, что индивидуальным факторам принадлежит решающее значение в развитии преступности. Представители социологической школы уголовного права, хотя и признавали некоторое влияние индивидуальных факторов на преступность, отводили им лишь второстепенное место: "Пусть преступник... своей личностью подтверждает теорию вырождения, пусть у него дурная наследственность, ибо он сын преступного отца... но как ни важны все эти данные, они не могут свидетельствовать о преобладающем значении антропологических факторов уже по одному тому, что с первого дня рождения человек попадает в социальную среду, условия и влияния которой неизбежно конкурируют с влиянием природных предрасположений"1.

1(Чубинский М. П. Указ. соч. С. 342.)

Наибольшее внимание из индивидуальных факторов криминалисты-социологи уделяли полу и возрасту, причем постоянно подчеркивалось, что эти характеристики человека не могут быть признаны чисто индивидуальными факторами преступности. Например, пол "одновременно нужно признать фактором социальным, ибо на преступность воздействует не только половая организация сама по себе, но и все те... условия, которые связаны с полом в социальной среде, а именно положение женщины и объем ее прав, определяемый законом, бытом и правами"1.

1(Чубинский М. П. Указ. соч. С. 336, 337.)

Объясняя существенное преобладание мужской преступности над женской, представители социологической школы прежде всего указывали на причины социального характера: "Женщина, остающаяся замкнутой в семейном кругу... лишенная политических прав, фактически не может совершать преступлений по должности, нарушать законы, регулирующие осуществление избирательного права, и т. п. ...При объяснении меньшей преступности женщины не следует упускать из внимания ее участия в проституции, вызываемой теми же социальными причинами, которые порождают преступность"1.

1(Гернет М. И. Общественные причины преступности. С. 124, 126.)

Криминалисты-социологи указывали и на биологические особенности половых различий людей, проявляющиеся при совершении преступлений. В этой связи речь шла как о сугубо половой специфике некоторых видов преступлений (детоубийство, вытравливание плода у женщин; изнасилование, мужеложество, уклонение от воинской повинности у мужчин), так и о том, что большая впечатлительность женщин, большее развитие среди них истерии, меньшая физическая сила заставляют женщин при совершении преступлений действовать хитростью и обманом там, где мужчина действует грубостью и насилием. Чубинский отмечал, что "болезненные процессы, часто сопровождающие период полового созревания, период послеродовой и период полового увядания, склонность к устойчивым привязанностям (у женщин. - Авт.)... - все это данные, тесно связанные с полом, как биологическим фактором, и данные, отражающиеся и на величине преступности и на ее распределении"1.

1(Чубинский М. П. Указ. соч. С. 349.)

Что касается возраста как фактора преступности, то и здесь представители социологической школы в целом сходились па признании за ним лишь второстепенного значения. Правда, в первом русском исследовании влияния возраста па преступность был сделан совершенно другой вывод, а именно: признавалось, что возраст есть общая "космополитическая" причина преступности и что "влияние возрастов на количество преступников одинаково для всех государств"1. В дальнейшем почти все исследователи дружно оспаривали это мнение: "Несомненно, что некоторые преступления преимущественно свойственны тому или другому возрасту, но это еще не значит, что возраст является... причиною преступлений. Если женщина в возрасте от 20 до 40 лет особенно склонна к совершению преступлений детоубийства, то причину этому надо искать не в физиологическом влиянии возраста, но в социальной среде... Если бы причиной детоубийства был возраст женщины... то женщины, состоящие в браке, должны были бы давать такой же процент детоубийц, как и матери внебрачных детей, между тем они почти совсем не совершают этих преступлений"2.

1(Неклюдов Н. Уголовно-статистические этюды. СПб., 1865. С. 52.)

2(Гернет М. Н. Общественные причины преступности. С, 117.)

В то же время криминалисты-социологи признавали, что некоторое значение возраста для преступности отрицать нельзя: "Особенная интенсивность в развитии преступной деятельности обнаруживается в тот возрастной период, в котором вообще особенно проявляется интенсивность ко всякой деятельности..."1 Неоднократно было замечено, что среди несовершеннолетних преступников "большинство осуждено за тайные похищения, и ничтожное количество - за грабежи и подлоги", что объясняется особенностями детского организма, не обладающего большой физической силой, нужной "для открытого нападения па чужую собственность, ни таким умственным развитием, которое необходимо для совершения подлогов"2.

1(Пионтковский А. А. Указ. соч. С. 192.)

2(Гернет М. П. Общественные причины преступности. С. 119.)

Общий итог исследований социологической школы влияния возраста на преступность сводился к тому, что "роль возраста как биологического фактора преступности, не являясь исключительной и всеобъемлющей... серьезна и заслуживает внимания"1; возраст является таким "фактором, который не может устоять перед силою... реформ социальной среды"2.

1(Чубинский М. П. Указ. соч. С. 351.)

2(Гернет М. П. Общественные причины преступности. С. 119.)

Социальные факторы преступности. Из всех трех групп факторов преступности факторам социальным социологическая школа отводила центральное, главенствующее место, с чем было связано и само название данной школы. В криминальной этиологии роль "физических факторов представляется ничтожной. Сравнительно большое значение выпадает на долю факторов индивидуальных, выступающих в кач2,естве непосредственных созидателей самой преступной деятельности. Доминирующая же роль принадлежит факторам социальным"1. Гогель не раз отмечал "несомненно первенствующее значение социальных факторов"2.

1(Пионтковский А. А. Указ. соч. С. 207.)

2(Гогель С. К. Указ. соч. С. 160.)

Изучая воздействие социальной среды на преступность, социологическая школа выделяла в ней широкий круг явлений. Сюда входили алкоголизм, цивилизация, пресса, религия, местожительство, профессия, брак и семья, экономическое положение, цены на продукты и многое другое. Нельзя сказать, что анализ всех этих явлений производился криминалистами-социологами достаточно глубоко, но это и не было для них главным. Они ограничивали свою задачу выяснением основных тенденций, обнаруживающихся в связи того или иного явления и преступности.

При оценке значения развития цивилизации отмечалось, что "прогрессивное движение человечества сопряжено с развитием целого ряда социальных факторов, в число которых входят и факторы, способствующие существованию и росту преступлений, и факторы совершенно обратного свойства. Необходимо поэтому, не впадая в пессимизм и огульное порицание современной цивилизации, твердо разделять ее светлые и темные стороны и работать для развития первых и для победы над вторыми"1. Слабость подобных рассуждений была прежде всего в их абстрактности. На их основе было трудно разрабатывать конкретные уголовно-политические предложения, направленные на снижение преступности. Но даже такой уровень исследования нередко приводил теоретиков социологической школы к правильным выводам. Чубинский справедливо отмечал, что "облегчение развода предупредило бы множество случаев двоеженства, прелюбодеяния, подлога документов для сокрытия брака или для доставления прав рожденным от прелюбодеяния детям, убийства и т. п., ибо там, где развод затруднен, а семейная жизнь становится нестерпимой, создаются сильные стимулы к тому, чтобы найти выход путем преступления"2.

1(Чубинский М. П. Указ. соч. С. 360.)

2(Там же. С. 365.)

Большой заслугой социологической школы следует признать то, что она сумела вскрыть связь многочисленных факторов преступности с экономикой, а также то, что наибольшее значение в генезисе преступности она придавала непосредственно экономическим явлениям. Пионтковский отмечал, что факторы преступности коренятся не просто в социальной среде, а "по преимуществу в отрицательных особенностях экономического уклада... жизни... Современный экономический уклад создает резко бьющие в глаза контрасты: бедность масс и богатство меньшинства. На почве этих контрастов... создается благоприятная атмосфера для различного рода эксцессов, складывается... обстановка для развития и проявления преступной деятельности"1. Понимая, что нельзя заменить летом зиму и таким образом решить проблему обеспечения в холодное время года нуждающихся слоев населения, к примеру, теплым бельем, криминалисты-социологи настойчиво призывали нейтрализовать неблагопри- ятное влияние физических факторов путем социальных мер, справедливо полагая, что "чем меньше будет бесприютных, бездомных и не имеющих топлива, тем меньше будет и число имущественных преступлений, вызываемых холодом"2.

1(Пионтковский А. А. Указ. соч. С. 200.)

2(Чубинский М. П. Указ. соч. С. 331.)

Вывод, сделанный представителями социологической школы в результате проведенного ими анализа факторов преступности о том, что "многие из них (факторов. - Авт.) имеют экономическую окраску или... связаны с экономикой", отнюдь не был общепризнанным. Криминалисты-социологи в России в целом были солидарны в том, что несправедливое распределение материальных благ, дающее избыток и довольство одним и лишения и страдания бедности другим и ведущее "к физическому и моральному отравлению в сквернейших жилищах, к истощению своих сил в тяжелой и нездоровой работе", имеет своим результатом совершение беднейшими слоями населения подавляющего большинства преступлений1.

1(См.: Гернет М. Н. Общественные причины преступности. С. 148.)

Известный итальянский юрист Гарофало считал, что к преступлению прежде всего приводит не бедственное экономическое положение, а особое психическое состояние, характеризуемое отсутствием чувства честности. Гарофало стремился доказать, что преступления не исчезнут даже в том случае, если не будет бедных, "так как бесчестные люди не могут исчезнуть и раса лентяев... не умрет никогда даже в чудесном строе, проектированном Фурье"1. Гарофало уверял, что роль в преступлении играет не отсутствие у пролетариата капитала, которое для него привычно, а неблагоприятное соотношение между потребностями и возможностью их удовлетворения, т. е. такая ситуация, в которой может оказаться и капиталист. Если рабочему не хватает его заработка, то капиталисту - доходов, но тяжесть этой нехватки - считает Гарофало - гораздо острее чувствуется не пролетариатом, а зажиточным классом, чьи потребности больше и разнообразнее.

1(Цит. но: Гернет М. Н. Общественные причины преступности. С. 81.)

Справедливо критикуя позицию итальянского криминалиста, Чубипский отмечал, что Гарофало "конечно, прав... что страдать от несоответствия средств и потребностей могут не только бедняки, по зато он совершенно неправ, когда отождествляет потребности богатых, часто приближающиеся к прихотям, и потребности бедных, где не хватает порой самого необходимого; и то, и другое автор объемлет термином "нужда", так что "нуждающимся"... одинаково явится бедняк, у которого мало пищи и одежды, и богач, .которому его доходов не хватает на шампанское, рысаков и гаванские сигары"1.

1(Чубинский М. П. Указ. соч. С. 371.)

К позиции Гарофало были близки взгляды известных французских криминалистов Ростана и Жоли, которые, сводя к минимуму значение бедности как фактора преступности, признавали преимущественную роль в развитии преступности нравственного чувства. Гернет, так же как и Чубинский, активно выступавший с критикой этих взглядов, убедительно опровергал точку зрения своих оппонентов, апеллируя к цифрам уголовной статистики.

Много внимания представители социологической школы уделяли анализу таких экономических явлений, как промышленные кризисы, неурожаи и связанный с ними рост цен на продукты питания. Известный исследователь русской уголовной статистики Е. Н. Тарновский, проведший кропотливое изучение зависимости динамики имущественных преступлений от колебаний хлебных цен и урожаев, делал в итоге такой вывод: "Где выше колеблемость цены ржи, там больше колеблется преступность, и, следовательно, такие колебания и являются в конечном счете важнейшим фактором преступности"1. "Неурожаи, постигавшие Россию, - замечает Гернет, - всегда обогащали судебную хронику газет известиями о многочисленных случаях убийств и нападений с целью грабежа"2.

1(Тарновский Е. Н. Влияние хлебных цен и урожаев на движение преступлений против собственности в России // Журн. М-ва юстиции. 1898. № 2. С. 102.)

2(Гернет М. II. Общественные причины преступности. С. 187.)

На основании изучения факторов преступности социологическая школа приходила к тому обобщающему выводу, что "преступность питается рядом разнообразных факторов, среди которых чрезвычайная роль выпадает на долю социальных факторов вообще и экономической их группы в частности. Эти факторы сложны, мощны и устойчивы... для борьбы с ними необходимы не отдельные разрозненные попытки, а цельная, продуманная и планомерная система, необходимо, чтобы правительство и общество энергично принялись... за... работу, направленную к ослаблению... социального зла, именуемого преступностью"1.

1(Чубинский М. П. Указ. соч. С. 376.)

В приведенной цитате слова о борьбе с преступностью заменены выражением "работа, направленная к ослаблению преступности". Это не случайная оговорка. Осмысливая тот обширный уголовно-статистический материал, который имелся в распоряжении криминалистов-социологов, и признавая силу и значение всех известных им факторов преступности, они делали следующий отнюдь не оптимистический вывод: "Раньше мечтали, что с улучшением социального строя преступность исчезнет; теперь, по ознакомлении с характером факторов преступности, во многом от этих мечтаний приходится отказаться; во-первых, улучшение социального строя... имеет свои пределы и не может быть доведено до такого совершенства, чтобы социальная организация не имела никаких пятен, а только в последнем случае исчезли бы совершенно социальные факторы, порождающие преступность; во-вторых, на космических и антропологических факторах благодетельные социальные реформы могут отражаться лишь косвенно, и остается до сих пор недоказанной возможность таким путем совершенно парализовать их силу"1.

1(Чубинский М. П. Указ. соч. С. 330.)

Но если нельзя надеяться на полный успех в борьбе с преступностью, то что же может привести к ее ослаблению? В ответ на этот вопрос криминалисты-социологи приводили огромный перечень необходимых мероприятий и реформ, проведение которых в жизнь обещало оказать определенное воздействие чуть ли не на каждый из известных факторов преступности.

С дурной наследственностью, невежеством, грубостью нравов, влиянием дурных родителей па детей, беспризорностью и бродяжничеством предлагалось бороться путем образования и воспитания; с алкоголизмом - подъемом экономического положения населения, оздоровлением нравов, заботой об улучшении условий жизни трудящихся, устройством клубов и других развлечений и т. п. Главное внимание должно было быть обращено "па темные стороны существующей экономической структуры общества, на... рост пауперизма, связанного с бродяжничеством, нищенством, проституцией" и др.

Предлагались две категории мер. К первой относились так называемые меры общего характера: свобода обмена, допускающая протекционизм (т. е. монополию) лишь частично; свобода эмиграции, которая по данным уголовной статистики некоторых стран способствует снижению преступности; уменьшение таможенных тарифов, противодействующее развитию контрабанды; организация общественных работ во времена голода и в суровые зимы; улучшение путей сообщения; уничтожение в городах старых, скученных и антисанитарных кварталов; развитие благотворительности в форме трудовой помощи и рационального содействия лицам, действительно нуждающимся, а не тунеядцам, питающим отвращение к работе, и т. д. и т. п.

Ко второй категории относились меры, "главным образом направленные на защиту интересов рабочего класса". Сюда входили следующие мероприятия: доставка рабочему классу дешевой пищи; улучшение законодательства о жилищах для рабочих, чтобы они имели такие условия, которые не давали бы "обитателю (жилища. - Авт.) повода жалеть о том, что он не в кабаке или не в комфортабельной тюремной келье"; ограничение детского труда и поручение наблюдения за ним исключительно пожилым семейным женщинам во избежание развращения малолетних; организация профессиональных союзов, доставляющих современному рабочему лучшее из того, что было во времена цехов и корпораций (имеется в виду уклад жизни средневековых ремесленников), - взаимный надзор и взаимная поддержка; всякого рода кооперация, страхование и кассы для стариков, больных и инвалидов труда; денежная ответственность предпринимателей и капиталистов за все несчастные случаи при работах и т. д.1

1(Чубинский М. П. Указ. соч. С. 378.)

В уголовно-политической части своей теоретической деятельности социологическая школа была верна ранее провозглашенным научным принципам, т. е. позитивистскому пониманию причиной связи. Исходя из того, что причиной явления должны были быть признаны все сопутствующие ему условия, криминалисты-социологи "логично" полагали, что "противодействие росту и развитию преступности в силу господства закона причинности возможно лишь путем посильного устранения воспроизводящих ее факторов"1. Другими словами, сколько существует факторов преступности, столько нужно провести и соответствующих мероприятии, их нейтрализующих, чтобы воздействовать на преступность в целом. Все это было в полном согласии с так называемой теорией факторов.

1(Пионтковский А. А. Указ. соч. С. 209.)

С точки зрения позитивизма теория факторов есть единственно возможный метод познания социальных явлений. В общественной науке начала XX в., в том числе и в российской, эта теория была распространена очень широко и обращение к ней представителей социологической школы уголовного права было явлением вполне закономерным. Один из ведущих социологов России М. М. Ковалевский так формулировал основную идею данной теории: "Социология в значительной степени выиграет от того, если забота об отыскании фактора, да вдобавок еще первичного и главнейшего, постепенно исключена будет из сферы ее ближайших задач, если в полном соответствии со сложностью общественных явлений она ограничится указанием на одновременное и параллельное воздействие и противодействие многих причин"1.

1(Ковалевский М. М. Современные социологи. СПб., 1905. С. XIV.)

То, что криминалисты-социологи ведущее значение в развитии преступности признавали за экономическими факторами, по существу ничего не меняло в их позитивистской методологии научного познания. По их мнению, в воздействии на преступность все же играли роль космические и антропологические факторы, т. е. соотношение между различными группами факторов было чисто количественное. Среди экономических факторов теоретики социологической школы указывали на множество отдельных параметров, каждый из которых они считали важным в равной степени, т. е. и здесь придерживались не монизма, а плюрализма.

Криминалисты-социологи довольно отчетливо осознавали тот факт, что правительство России скорее всего не воспользуется их советами, поскольку "переход этих советов в жизнь зависит от многих причин, в особенности же от состояния финансов государства"1. Правда, неосуществимость рекомендуемых мероприятий не очень расстраивала криминалистов, так как они считали, что не столь уж важно "услышат ли их и осуществят ли их предложения, но они должны высказать все, что вытекает из разобранных ими данных, иначе они не выполнят своего научного и гражданского долга"2. Уходя от проблемы социальной эффективности своей уголовно-политической программы, социологическая школа фактически отказывалась руководствоваться в своей научной деятельности единственно правильным критерием истинности теории - практикой.

1(Чубинский М. П. Указ. соч. С. 47.)

2(Там же. С. 47, 48.)

Возможность уточнения и развития теории факторов преступности социологическая школа видела только в получении еще большего числа эмпирических фактов и в более тщательном их изучении. Считалось, что "чем лучше будут изучены социальные факторы, тем серьезнее и подробнее можно будет сделать указания (о мерах по предупреждению преступлений. - Авт.)"1. О каком-либо совершенствовании или изменении самих методов исследования деятели социологической школы не задумывались. Как отмечал Гогель, "если пока мы (криминалисты-социологи. - Авт.) располагаем... не цельным строем науки, то это объясняется не несовершенством метода, а громадностью поля исследования и... пробелами в отдельных отраслях собирания данных"2. Но позволял ли метод эмпирических обобщений, которым в основном только и пользовалась социологическая школа уголовного права, создать действительную теорию причин преступности?

1(Чубинский М. П. Указ. соч. С. 376.)

2(Гогель С. К. Указ. соч. С. 21.)

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев А. С., оформление, подборка материалов, оцифровка, разработка ПО 2010-2013
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://scienceoflaw.ru/ "ScienceOfLaw.ru: Библиотека по истории юриспруденции"