Библиотека
Юмор
Ссылки
О сайте






предыдущая главасодержаниеследующая глава

Портрет-гипотеза

В Ленинградскую лабораторию судебной экспертизы весной 1978 года Антонин Александрович Попов принес письмо председателя Новоржевского райисполкома с просьбой помочь районному народному музею в воссоздании внешности их земляка - декабриста Н. П. Кожевникова, портрет которого в иконографии декабристов отсутствовал.

Наиболее близко, пожалуй, к решению подобной задачи примыкала портретная экспертиза. Она достаточно хорошо и полно разработана, когда речь идет о такой форме, как отождествление внешности человека по его фотоизображениям. Когда снимки достаточно высокого качества, человек сфотографирован с одинаковым или близким поворотом головы, а между снимками нет большого промежутка во времени, исследование и его результат вполне объективны. По плечу криминалистам и вопросы, связанные с отождествлением конкретных людей по живописным портретам и скульптурным изображениям. Правда, задача тогда становится куда более сложной.

Желание воссоздать портретный облик наших далеких предков и ряда исторических деятелей привело известного советского антрополога М. М. Герасимова к разработке научных основ и практических приемов реконструкции лица по черепу. Его метод широко взят на вооружение. Так, в лаборатории антропологии Института археологии и этнографии Академии наук Армянской ССР под руководством доктора медицинских наук, профессора А. Д. Джангаряна реконструируется (в скульптурных портретах) внешность людей, живших много тысячелетий тому назад. Антропологи разных стран пользуются его консультациями и математически обоснованными формулами для воссоздания внешности великих людей прошлого - философов, поэтов, музыкантов, государственных деятелей.

Судебные медики и криминалисты тоже вносят свой вклад в это интересное и важное дело. Конечно, чаще всего им приходится реконструировать внешний облик неизвестного убитого по обнаруженному черепу. Это чрезвычайно важно для раскрытия "старых" преступлений. Но здесь предстояло совсем необычное предприятие: воссоздать облик человека из... ничего.

В этом и заключалась особая сложность предложенной криминалистам задачи. Правда, в практике экспертных учреждений иногда возникает необходимость взяться за работу, о которой в подлинно научном плане криминалист и думать не вправе, ибо в сфере, где осуществляется правосудие, все должно быть абсолютно точно, доказательно и в строгих рамках закона. Никаких сомнительных экспериментов, натяжек, отсебятины.

Но Антонин Александрович даже слышать не хотел о том, что наука бессильна помочь в восстановлении облика декабриста Кожевникова.

- Разве можно допустить, - восклицал Попов, - чтобы потомки, прочитав о жизненном подвиге этого человека, не имели наглядного представления о его внешности?! Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать! Я убежден, что Нил Павлович был очень похож на своего отца, брата, сестер... - Он скептически воспринимал робкие доводы криминалистов о пределах возможностей современных научных методов и был твердо уверен: если в теории и практике нет примеров подобных исследований, необходимо создать прецедент. Его убежденность была так заразительна, что устоять оказалось невозможно.

А если и вправду попробовать? Так-таки "из ничего" предстоит воссоздавать облик декабриста? Кто сейчас станет отрицать основные положения генетики - науки о законах наследственности и передаче по наследству характерных внешних признаков. Опираясь на них, можно допустить, что Н. П. Кожевников внешне походил на своих ближайших родственников. А их изображения сохранились.

Но эти рассуждения, конечно, далеки от криминалистики, как и всякой науки, основанной на точности. И все же в новом деле кто-то должен быть первым. Разумеется, возможны просчеты и ошибки. Для начала необходимо было создать прочную документальную основу предстоящего исследования, выверив все до мелочей, а потом решить задачу, используя апробированные криминалистические методы.

Что же было известно о Кожевникове достоверно? Очень мало. Нил Павлович Кожевников родился в феврале 1804 года в Петербурге. Его отец, новоржевский помещик Павел Александрович Кожевников, чиновник VII класса (что соответствовало примерно званию подполковника), служил в провиантском департаменте. Зимой семья жила в столице, в собственном двухэтажном доме, а остальное время - в своем поместье в селе Бородино, неподалеку от Новоржева. Семейство состояло из родителей, двух сыновей и двух дочерей.

Вначале Нила воспитывал дома гувернер-француз, а потом его отдали в столичный пансион, по окончании которого юношу взяла к себе тетушка - вдова знаменитого поэта Г. Р. Державина, в свое время дружившего с Павлом Александровичем и старавшегося "всячески делать добро этому семейству". Живя в ее доме, Нил пользовался огромной библиотекой покойного дяди - поэта и государственного деятеля, основательно изучил отечественную и всемирную историю, читал труды по фортификации, математике.

Когда юноше исполнилось 16 лет, его зачислили подпрапорщиком в лейб-гвардии Измайловский полк, которому покровительствовал цесаревич - будущий император Николай I. К тому времени отец Нила вышел в отставку и материальное положение семьи резко ухудшилось. Немалые расходы, связанные со снаряжением и обмундированием при поступлении в привилегированный полк и дальнейшим поддержанием престижа гвардейского офицера, взяла на себя тетушка. К 1825 году Нил Кожевников дослужился до чина подпоручика. В полку Нил близко сошелся с передовыми, радикально настроенными офицерами, постепенно став решительным противником самодержавия.

Утром, в день восстания 14 декабря, подпоручик Кожевников в соответствии с предварительным планом склонял солдат не присягать новому императору, а брать боевые патроны и идти на Сенатскую площадь. Но большинство офицеров и солдат не поддержало товарищей. Полк, хоть и не сразу, все же присягнул на верность Николаю I.

Кожевникова арестовали через три дня и заключили в Петропавловскую крепость, в одиночную камеру Меньши-ковского бастиона. Более полугода тянулось следствие, допросы сменялись томительным ожиданием. Лишь 12 июля 1826 г. в комендантском доме был оглашен приговор. На следующий день над "бунтовщиком" произвели церемонию разжалования, лишения чинов и дворянства: сломали над головой шпагу, сорвали мундир и эполеты и бросили их в пылающий костер.

Бывшего гвардейского подпоручика разжаловали в солдаты и сослали в Оренбургский гарнизонный полк.

Когда началась война с Турцией (1828 - 1829 гг.), рядового Кожевникова из Оренбургского гарнизона перевели на Кавказ в действующую армию. Главнокомандующий войсками и наместник Кавказа И. Ф. Паскевич, к которому был особенно расположен Николай I, приказывал посылать "бунтовщиков" в первых рядах атакующих. Кожевников сражался мужественно и был неоднократно ранен. За храбрость его с большим трудом, но все-таки произвели сначала в унтер-офицеры, а потом в прапорщики. По окончании русско-турецкой войны, в декабре 1830 года, его направили в город Шушу, где в возрасте 33 лет он умер от болезней и ран.

Каков же был этот человек по внешнему облику?

Из литературных источников известно, что в кавказский период Нил Кожевников был сухощавым и смуглым. В прошении его сестры, адресованном царю, есть примечательная фраза: "Он подобие отца...". А каким был отец? Поиски ответа на этот вопрос привели в рукописный отдел библиотеки имени М. Е. Салтыкова-Щедрина, где хранится архив Г. Р. Державина. В архиве оказался профильный рисунок Павла Александровича Кожевникова, датированный 30 августа 1821 г.

Тогда-то у исследователей окончательно и сформировалась идея: найти другие рисунки, портреты остальных близких родственников декабриста, выделить по всем изображениям общие стабильные признаки внешности и на этой основе создать словесный портрет Н. П. Кожевникова. Правда, этого еще никто не делал, но задача была очень интересная. Синтез внешности, стоило попробовать!

Опять долгий кропотливый поиск и... большая удача. Заведующая музеем Пушкинского Дома Татьяна Александровна Ковалевская, знаток портретной живописи, рисунков, графики первой половины XIX века, и ее помощница Антонина Петровна Холина обнаружили выполненный акварелью групповой портрет в интерьере комнаты в имении Державиных в селе Званка. На портрете изображены хозяйка имения, брат и сестра декабриста, а также другие лица. Рисунок хорошо сохранился.

Нил Кожевников, как известно, имел большое портретное сходство с младшим братом и сестрами. Более того, младший брат, стараясь во всем походить на старшего, подражал ему и во внешности. Вот почему его профиль, запечатленный на этом рисунке, подвергся тщательному исследованию. К сожалению, художник нарисовал только левую часть лица Александра Кожевникова. Рядом - изображение сестры Александры. Ее голова наклонена вперед и нарисована с правой стороны в три четверти оборота. Хорошо видны голова - волосы, лицо, лоб, брови, глаза, нос, рот, губы, подбородок, правое ухо, а также шея и плечи. Сестра и брат имели много общих "фамильных" черт с их отцом.

Еще следовало учесть, что по моде того времени у гвардейского офицера прическа могла быть несколько взбита спереди, с зачесом в левую или правую сторону и назад. Виски обычно начесывались немного вперед. Только гвардейцы тогда носили усы, концы которых смотрели вверх. У офицеров принято было носить и бакенбарды, расширяющиеся книзу, в сторону усов.

Вот и весь материал, на основании которого предстояло синтезировать внешность декабриста.

Криминалисты решили воспользоваться классической схемой "словесного портрета", которая почти сто лет применяется в следственной практике.

Отбирая только признаки, общие для всех членов семьи Кожевниковых, используя скупые литературные данные, а также внешнюю атрибутику, типичную для гвардейских офицеров, эксперт создал примерный "словесный портрет" Нила Павловича.

У него, вероятнее всего, была средних размеров правильной формы голова с выпуклым затылком, очень густые волнистые волосы с неровной лобной и височной линиями роста; стрижка низкая, волосы спереди слегка приподняты и зачесаны назад и налево, с пробором справа. Лицо средней ширины и полноты, овальное анфас и выпуклое в профиль. Цвет кожи - смуглый. Лоб средней ширины и высоты, скошенный относительно вертикали. Брови длинные, почти сросшиеся на переносице, не широкие, но густые, дугообразные, со скосом наружу. Глаза обычного размера, овальные, горизонтально расположенные, верхнее веко нависает; ресницы густые, загнутые. Нос не широкий, короткий, мало выступающий относительно щек и верхней губы. Переносица средняя по глубине и ширине, спинка носа вогнутая, а кончик носа закругленный. Ноздри средние по размеру выреза, овальные; основание носа приподнятое. Рот небольшой, с волнистым контуром линии смыкания губ и опущенными углами. Губы в профиль заметно выступают. Подбородок высокий, широкий и закругленный, плоский по форме и скошенный по положению. Уши округлые, наклоненные вперед, имеют общее прилегание. Шея короткая, атлетическая. Плечи обычной ширины.

На основании этого "словесного портрета" эксперты создали так называемый "фоторобот", схематическое изображение, напоминающее карандашный рисунок. На матовом стекле освещенного экрана прибора деталь за деталью возникало серьезное мужественное лицо молодого мужчины. Прошло еще несколько дней, с пленки были отпечатаны фотоснимки, уточнены и дорисованы недостающие детали...

И вот результаты работы "фоторобота". Приятное молодое лицо с чуть вздернутым носом, внимательными глазами и длинными дугообразными бровями. Красиво очерчены губы, над ними тонкие усы с загибающимися вверх концами, волевой подбородок.

Потом результирующий фотоснимок, карта "словесного портрета", фоторепродукции с изображением членов семьи, а также все литературные материалы легли на стол другого специалиста - московской художницы-профессионала Ларисы Александровны Неменской. Ей предстояло решить другую творческую задачу: проникнув во внутренний мир Нила Кожевникова, одухотворить его "рукотворный" образ, созданный усилиями криминалистов. Для этого художница познакомилась с биографией декабриста, воспоминаниями о нем современников, специальной литературой. Такое "вживание в образ" оказалось весьма плодотворным.

...Перед нами два портрета. Черты лица - те же, что и на "фотороботе", но они полны жизни. На акварельном рисунке - жизнерадостный молодой человек в темно-зеленом мундире офицера Измайловского полка. Он полон радужных надежд и весь устремлен в будущее, которое кажется безоблачным, сулящим счастье.

На втором портрете декабрист изображен во время военной службы на Кавказе. Он многое перенес: заточение в одиночной камере Петропавловской крепости, ссылку в пыльные оренбургские степи, изнурительные горные походы, ранения, болезни. Это уже не восторженный юноша, а зрелый мужчина, за плечами которого груз пережитого, разбитые иллюзии, горечь утрат. Но у него доброе лицо с усталым взглядом умных, сосредоточенных глаз.

...Когда писались эти строки, портреты лежали рядом. Именно таким мы представляли себе Нила Павловича Кожевникова. Таким его будут знать благодарные потомки, останавливаясь перед вторым портретом в галерее декабристов. Пусть все узнают, какую важную роль сыграли в его создании криминалисты.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев А. С., оформление, подборка материалов, оцифровка, разработка ПО 2010-2013
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://scienceoflaw.ru/ "ScienceOfLaw.ru: Библиотека по истории юриспруденции"